Может быть, мне нужна была твоя рука, чтобы ухватиться за неё, и ты бы понял, что я напугана. Может быть, мне нужен был ты, чтобы быть уверенной, что ты рядом со мной. Я стараюсь делать всё так, как ты говоришь, а ты просто уходишь и развлекаешься, напрочь забыв обо мне. Это меня сильно ранит. Сильно. Ты всегда предаёшь моё доверие, так что хочешь от меня теперь? — спрашивая, бросаю на него горький взгляд.
— Почему ты не сказала мне об этом раньше, Белоснежка? Ты оттолкнула меня. Решила идти одна.
— Ошибаешься. Я не отталкивала тебя, Лазарро, а лишь отказала в той жестокости, которую ты требовал от меня. Это пугает меня, понимаешь? Я практически ничего не знаю о мужчинах, а ты давишь и давишь на меня. Я не успеваю даже разобраться с чем-то одним, как ты вываливаешь на меня ещё кучу информации. Но я не отталкивала тебя, как мужчину, а лишь отошла в сторону от садиста, который хочет причинить мне боль и сломать меня. Вот от чего я отказалась, но не от тебя и твоей поддержки. Моё мнение не изменилось, мне с тобой спокойно и комфортно, даже зная, что вчера ты убил человека. Мне тепло с тобой, и это так удивительно. Зачастую ты лишь играешь свою роль, но не позволяешь себе быть искренним со мной. Ты хочешь только брать от меня что-то, но так не бывает, Лазарро. Ты изнуряешь меня своими поступками, вынуждаешь насильно умолять оставаться рядом с собой человека, который понимает мой страх. Нормальный страх в твоём мире. Ведь я самая обычная, и во мне нет ничего, что могло бы сравниться с Бруной или другими. Мы с тобой разные, но когда между нами что-то происходит, то это возрождает меня. Не боль, а ты, Лазарро.
— Странная ты женщина, Белоснежка. Очень странная, — бормочет он, мигая фарами и надавливает на газ.
— Это ты сделал меня такой, — бросаю я и отворачиваюсь к окну.
Вряд ли он услышал меня и что-то понял. Да я и